Инспекция

Варька смеялся долго, с надрывом. Смех его все срывался в какой-то утробный вой, от которого хотелось лезть на стенку.

* * *

– Ну, здравствуй, – Искуситель легко спрыгнул с телеги и хлопнул Варьку по плечу. Варька съежился, объятый непонятным ужасом. Ну Искуситель, и что? В первый раз, что ли? Варька вздохнул и поплелся к дому, в котором уже скрылся нежеланный гость.

* * *

– Куда?
Варька сжал кулаки. Искуситель оказался въедливым. Что? Куда? Зачем? Вопросы сыпались один за другим. Вначале еще было терпимо. Но теперь к вопросам добавились наставления.
– К кузнецу, нож заточить, – буркнул Варька
– Ну, это дело доброе. Ступай. Да не забудь мастера поблагодарить за услугу оказанную, да почести воздай кому следует, ибо сказано...
Дальше Варька уже не слушал.

* * *

– Ой, кто это? – Парашка пискнула и вжалась в стену.
Темная фигура Искусителя забубнила:
– Поза сия отличается от предписанной в Заветах. Ибо сказано, что при совершении акта...
Варька мысленно застонал.
– Да ну тебя! – Парашка бросила в Искусителя подушкой и выбежала из избы.

* * *

Варька неотрывно смотрел в окно. Шел дождь. Тяжелые струи текли по стеклам. На душе было муторно.
Искуситель неслышно подошел сзади, дыхнул чесноком и доверительно сообщил:
– Решением Синода направлен я теперь к вам на поселение. Предписано мне поучать и наставлять вас...
Перед Варькиными глазами все поплыло. Он представил себе Искусителя, следящего за всем, что происходит в селе. Искусителя, наставляющего матерей – как рожать, детей – как играть, стариков – как умирать. И, наконец, он представил, как Искуситель показывает деревенским быкам, как покрывать коров.
Тут Варька засмеялся. Смеялся он долго, с надрывом. Смех его все срывался в какой-то утробный вой, от которого хотелось лезть на стенку.

Письмо наверх

«Здравствуй, папка!»

Арто перевел дух и осмотрелся. Мать-2 ожесточенно спорила по поводу крыс с диггером, грязным и страшным. Старшая сестра колдовала над синтезатором, пытаясь заставить тот работать.

«Пишет тебе сын твой, Арто, ИН R2-123, с третьего под-уровня.»

Арто вздохнул. Отца он помнил смутно – тот приезжал всего раз, откуда-то с верхних уровней. Тогда он казался Арто невероятно огромным и могучим.

«Папка, приезжай, пожалуйста. Нам тебя очень не хватает. В прошлом месяце маму-1 загрызли крысы, а замену пришлют только через две недели. И еще у нас сломался синтезатор и приходится покупать еду у диггеров. Папка, а правда, что у вас наверху крыс нет? И что света много? Мы на прошлой неделе с пацанами на второй под-уровень вышли, так Энфор чуть не ослеп – так долго на лампы смотрел.»

Арто оглянулся. Мать-2 уже не спорила, грязный диггер ей что-то втолковывал с серьезным видом. Сестра прекратила возиться с синтезатором и теперь ела какую-то серую кашицу.

«Папка, ты не думай, у нас не так все плохо. Вчера починили воздухозаборники, теперь не надо таскать баллоны. А Энфор (тот самый, что чуть не ослеп), говорит, что на уровнях заборники вообще не ломаются? Я ему не поверил, даже подрался с ним. Папка, ты приезжай, расскажешь, правда или нет.»

Арто снова вздохнул. Он часто мечтал о верхних уровнях, где, по слухам, всегда свет, воздух, вода и неломающиеся синтезаторы. На под-уровнях был полумрак, крысы грызли людей, а воздухозаборники жили через раз.

«Папка, приезжай. Я по тебе очень скучаю. Арто»

Арто аккуратно сложил письмо в последнюю каретку пневмопочты и аккуратно набрал адрес: «Уровень II. Атри, ИН А3-472». Почта оглушительно фыркнула и унесла каретку. Арто очень надеялся, что сегодня почта не сломается.